Признаться честно, выбор организаторами клуба «Эксперт» очередной темы к обсуждению меня подудивил. В приглашении она обозначена, как: «Медиация – инструмент внесудебного разрешения споров и конфликтов (проблемы и перспективы развития)». Сегодня в информпотоках немало более животрепещущих, резонансных тем, которые вполне можно было бы вынести на обсуждение. Однако спикеры пояснили что такое эта медиация, и как то сразу захотелось, чтобы вместо объявлений о купле-продаже, найме сетевиков и прочей макулатуры на дверях подъездов и в прочих неположенных для расклейки объявлений местах появились рекламные листки с телефонами и прочими контактами медиаторов. Вот сразу бы позвонил, чтобы порешать вопрос с соседом сверху, который постоянно не закрывает краны в ванной, да и с той тетушкой, собака которой то лает, то воет ночами, тоже не мешало бы разобраться. Без суда и следствия, мирным путем, через посредничество медиатора.
Справка от Википедии:
- Медиатор — третье нейтральное, независимое лицо (посредник, примиритель), помогающее сторонам разрешить имеющийся конфликт, спор.
- Медиация, в праве — одна из технологий альтернативного урегулирования споров (англ. alternative dispute resolution, ADR) с участием третьей нейтральной, беспристрастной, не заинтересованной в данном конфликте стороны — медиатора, который помогает сторонам выработать определенное соглашение по спору, при этом стороны полностью контролируют процесс принятия решения по урегулированию спора и условия его разрешения.
Лично я с медиацией уже сталкивался. Лет 10 назад в Алматы произошел случай, когда из разрезанной, свежекупленной буханки хлеба прямо на обеденный стол посыпался песок. Покупатель обратился в одну из контор по защите прав потребителей, те направили претензии к производителю, хлебзавод выплатил дедушке пару десятков тысяч тенге и (вероятно) какую-то сумму посреднику. Вот этот союз защиты потребителей как раз и выступил в роли медиатора, то есть посредника при решении спорного вопроса. Дело обошлось без суда, конфликт разрешили «малой кровью» при полном непротивлении сторон. Так что собственно медиация благополучно практикуется в нашей стране уже как минимум 10 лет, но делается это как-то не очень публично, без рекламы. Фактически прошедшее заседание «Эксперта» можно без натяжек назвать первой казахстанской публичной презентацией медиации, причем даже с учетом того, что отечественный закон «О медиации» принят целых 2 года назад.
Заседание «Эксперта» открыл его бессменный модератор Нурлан Еримбетов.
- Я вспоминаю, как очень много лет назад побывал в одной большой стране, беседовали там с друзьями, соседями, местными жителями и я вдруг узнал, что там все друг с другом судятся. Сосед с соседом судятся. Хозяин бара с каким-то посетителем, друг с другом, в общем, вся страна по судам ходит. И я тогда подумал, - какая счастливая страна! У нас же в то время не судились, а выясняли отношения, на кухне, во дворе, в подъезде. Бандюганы приходили, и между прочим, первыми медиаторами были паханы на зоне, как мне кажется. А сегодня в США 97% гражданских дел разбираются вне суда. То есть мы сейчас живем в той ситуации, в которой жила Америка много лет назад, когда я ее посещал. Сегодня мне стало известно, что 2 миллиона казахстанцев участвуют в судебных тяжбах. Если не рассматривать малышей, детей, и пожилых людей, то получается у нас каждый второй казахстанец ходит по судам. У меня вопрос, - заявил Еримбетов. - Нужна ли сегодня медиация в нашей стране, то есть внесудебные разбирательства, и насколько сегодня общество готово к ее внедрению?
Как пояснил в ответ судья верховного суда Владимир Борисов, - Впервые в Казахстане глава государства озвучил идею медиации непосредственно на заседании пятого съезда союза судей И именно верховный суд был разработчиком «Закона о медиации», который был принят в 2011 году. И хотя бы поэтому можно говорить, что верховный суд, судебная система крайне заинтересованы, чтобы медиация в Казахстане состоялась.
Не остался в стороне от пояснений, что такое медиация, зачем она нужна, и приживется ли в Казахстане начальник отдела управления по надзору над законностью судебных актов по гражданским делам генеральной прокуратуры Марат Абишев.
- Медиация необходима. Необходимость ее внедрения назрела. Первая причина – это нагрузка на судей и прокуратуру. Существующая сейчас система правосудия предусматривает обязательное участие прокуроров по отдельным категориям дел. В прошлом году 40 тысяч дел было рассмотрено с участием прокуроров. Отвлекаются значительные силы государственного аппарата, судьи, прокуроры, в то время как эти вопросы можно было бы решить во внесудебной сфере, - пояснил Абишев.
Еримбетов обратился с вопросом к еще одному гостю «Эксперта», председателю апелляционной судебной коллегии по гражданским и административным делам суда Астаны Амангельды Сарсенбаеву, - Вы можете привести конкретные примеры решенных медиацией дел на уровне городского суда?
- У нас примеров очень мало, - констатировал судья. - Почему? Мы тоже об этом думаем, проводим круглые столы в узком, судейском сообществе. Ну, во-первых, работа судьи регламентирована, строго по времени ограничена. И судья вынужден рассматривать дела в установленные сроки. В медиации же другой подход – там нужно разъяснить и дать сторонам время на размышление. Все вы знаете, что общество где-то недовольно работой судов, отдельные судьи подвергаются критике, есть жалобы, это освещается телевидением и газетами. И этот закон был принят, чтобы дать альтернативу тем людям, которые не желают идти в суд, или не доверяют суду. И, во-вторых, большое значение этого закона в том, что он призывает людей решать споры самим, не ждать, не верить, что кто-то решит его проблемы. И для этого сейчас создается альтернативная среда.
Судья верховного суда Борисов был более конкретен, и озвучил статистические данные, - В 2012 году было рассмотрено всего 122 дела путем применения медиации, а в первом полугодии этого года – 475 дел. Если сравнивать, то в прошлом году это 0,02% от оконченных дел, то есть не от двух миллионов рассматриваемых исков, а от только 600 тысяч оконченных. А в текущем году, за полугодие, это всего 0,2%. И поэтому, когда мы говорим о необходимости развития внесудебной медиации, мы обеими руками «за», но мы не так оптимистичны как органы прокуратуры, говорящие о разгрузке судей. Медиация в соответствии с законом достаточно тесно связана с судебными процедурами. Есть медиация непрофессиональных медиаторов, которые поставлены на учет в местных исполнительных органах, но есть профессиональные медиаторы. И вот профессиональные медиаторы, которых сегодня большинство, они как раз начинают свою деятельность в суде, после того как суд разъяснит сторонам право на проведение медиации, - уточнил судья верховного суда.
- Здесь находятся медиаторы центра социального партнерства фонда «Самрук-Казына». Мы создали свой центр медиации, - в продолжение темы заявил модератор «Эксперта». - Сегодня мы рассматриваем вопросы социальных, трудовых конфликтов, в рамках этой программы мы уже подготовили на предприятиях «Самрук-Казына» более 300 медиаторов. Это люди с характером, неформальные лидеры. Когда ему даешь удостоверение медиатора, он становится ответственным за то, что происходит в него в коллективе. Здесь присутствуют ведущие наши медиаторы Балгуль Амангельдинова и Ирина Виговская. Как вы «разводите» эти дела? Есть ли у нас реальные медиаторы? Приведите хотя бы один случай, когда к вам пришли с битами, а ушли обнявшись?
- Первый случай это семейная медиация, - взяла слово Ирина Виговская. - К нам из суда было передано дело, семья в разводе, вопрос стоял о том, чтобы лишить отца родительских прав. Юристы знают, что эта процедура далеко не простая. Да начала процесса медиации прошло 4 судебных заседания. Медиация у нас проходила в течение 10 дней. Почему так долго – потому что не каждый день члены семьи могли встречаться, и я могу сказать однозначно, вопрос был решен положительно. Более того, потом уже семья рекомендовала нас другим своим знакомым.
Второй случай, это был корпоративный спор. В «Самрук-Казына» компания, не буду ее называть, и вот к нам обратилась компания, спор был между шестью ее дочерними компаниями. Без учета предварительной работы сама медиация была произведена в течение 3 часов. Разрешили эту конфликтную ситуацию. Один нюанс, нас было 2 медиатора, это вполне допустимо, - пояснила практикующий профессиональный медиатор.
Последовал вопрос Еримбетова, - Вот сегодня семья пришла судиться, а медиатор их помирил. Это окончательное решение? Насколько законодательство это предусмотрело?
- Если стороны заключили соглашение о медиации и передали его в суд, суд утвердил его как мировое соглашение, прекращает делопроизводство и утверждает то, к чему пришли стороны, - ответил ему судья верховного суда Владимир Борисов.
- Это медиативное соглашение еще и утверждается?
- Совершенно верно. К сожалению, здесь без суда не обойтись, если процедура началась в суде.
Главное что нужное знать, что стороны могут сами себе выбирать медиатора. Что медиаторов может быть два и более, закон не запрещает. В любой стадии соглашение может быть прервано и стороны снова могут придти в суд и продолжить процесс. Но если стороны договорились, суд прекращает производство по делу и стороны расходятся мирно. Не как говорят, брат брату враг, сестра сестре враг. Когда заключается соглашение на основе работы медиаторов, то люди уходят именно доброжелательными друг к другу. А судебный процесс заканчивается достаточно часто, когда люди уходят врагами.
Еримбетов поинтересовался, - Каким должен быть медиатор в Казахстане? Пол, возраст, образование?
Ему ответила медиатор Балгуль Амангельдинова, - Есть требования. Профессиональным медиатором может быть человек, достигший 25-летнего возраста, с высшим образованием и получивший специальное образование по программе, одобренной минюстом. Есть еще непрофессиональные медиаторы. Это люди, которые не проходят специализированное обучение, но имеют право быть медиаторами. Медиация это четко структурированная процедура, которая имеет четко структурированные инструменты. Кроме того, в 2004 году разработана специальная компетенция медиатора, кто может быть медиатором. А в 2008-ом году мы проводили исследования, брали 1200 медиаций, которые проводились в течение года. Спрашивали самих медиаторов и опрашивали стороны, почему медиация состоялась, и почему она была удачной. Что вы цените в медиаторах. Стороны нам отвечали, что это: профессионализм, чувство юмора, острый ум и стрессоустойчивость. А сами медиаторы отмечали, что это: профессионализм и стрессоустойчивость. Но самое главное, и это отметили обе стороны, медиатор сам по себе должен быть бесконфликтный. Если человек конфликтный, то ему очень сложно быть медиатором, - констатировала Б. Амангельдинова.
Несмотря на конкретные примеры и четкие пояснения, модератор продолжал провоцировать, расшевеливать экспертов, - Я поспорил с Артуром Платоновым, не поделили, предположим, банку варенья. Мы знаем, где нам искать медиатора? Выйти на улицу и кричать, - медиатор, медиатор?!
- Вы совершенно правы, - согласился Владимир Борисов. - В августе 2011 года принят закон (о медиации – прим автора) и об этом законе практически никто не знает, поэтому верховный суд, министерство юстиции и генеральная прокуратура взялись за то, чтобы помимо организационных и законодательных мер мы планируем в этом году широкую кампанию по разъяснению, что такое медиация. Дело в том, что даже юристы об этом не знают.
Эксперты уточнили, что сегодня у отечественной медиации есть несколько потенциальных путей дальнейшего развития. Первый, выделить в судах специалистов, которые бы разъясняли людям, что в их случае можно решить спорный вопрос без суда, при помощи медиации. Другой путь, это так называемый грузинский метод, когда законодательно закреплено обязательное досудебное рассмотрение споров по гражданскому судопроизводству. Как, куда, каким путем пойдет казахстанская медиация пока неясно. Может быть именно поэтому она стала темой очередного заседания клуба «Эксперт». Но в том, что медиация будет набирать обороты, объемы и все большее количество несложных, не уголовных дел будут рассматриваться именно медиаторами, а не судами, бесспорно. И как сказал в завершение заседания клуба Нурлан Еримбетов, - Можно не драться во дворе, можно не ходить в суды, а можно просто придти к медиатору и договориться.